В изумрудном море пальм, виноградников и фруктовых деревьев возникают белые купола мечетей. Нефта - это один из главных религиозных центров Туниса.

Согласно арабской легенде, первый родник, за­бивший из земли после того, как отступили воды Всемирного потопа, был обнаружен в Нефте внуком Ноя Костелом. Этот родник дал жизнь плодо­родному оазису, который окружен сегодня безжизнен­ными холмами юго-западного Туниса.

Хотя палящее солнце пустыни испепеляет все вокруг, земля Нефты орошается поднимающимися из глубин источниками влаги. Оазис Нефта и Корбей – зеленая, засаженная пальмами впадина, примыкающая к оазису с севера, – возникли как результат объединения сил при­роды и изобретательности человека. В Нефте вода нака­пливается в подземном пористом слое горной породы и поднимается наверх по более чем 150 линиям разломов. (Начиная с 60-х годов XX века специалисты начали бу­рить артезианские колодцы в пластах горной породы, чтобы добраться до этого природного хранилища воды.) В Корбее вода сама бьет ключом и вытекает наружу че­рез разломы и трещины в стенах кратера.

При помощи сложной системы ирригационных ка­налов родниковая вода распределяется по плодородным садам Нефты, где на квадратных участках ровными ря­дами высажено 35 000 финиковых пальм. Примерно треть этих деревьев относится к лучшему в мире сорту.

Вкусные калорийные плоды, которые сравнивают с «солнечными пальчиками, источающими мед», – это не единственное, что дают финиковые пальмы человеку. Их листья режут полосками и сушат, а затем плетут из них корзины и различные сосуды, косточки перемалы­вают и добавляют в корм скоту, из древесного сока де­лают вино. После того как дерево перестает плодоно­сить (примерно через 200 лет), его спиливают и исполь­зуют как лесоматериал. Кроме того, финиковые пальмы играют важную роль в защите других, более слабых рас­тений. Эти деревья 30-метровой высоты служат щитом от сильных ветров пустыни, а их огромные, широко раскинувшиеся листья смягчают жару – ведь темпера­тура в тени здесь может превышать 46°С. В здешних щадящих условиях крестьяне выращивают овощи и фрукты: гранаты, инжир, груши, абрикосы, апельсины и лимоны.

На южной окраине города Нефта расположено боль­шое и коварное соленое озеро Шотт-эш-Шерги. Летом солнце иссушает дно озера до закаменевшей корки, а в центре как снег блестит выпаренная соль. Однако осе­нью, когда уровень подземных вод поднимается, Шотт затапливается водой. Весной уровень воды падает снова и весь район превращается в болото соленой грязи.

В 80-е годы XX века через Шотт было проложено шоссе. Раньше, когда дороги еще не было, путники пе­ресекали озеро по узкой тропе, которую можно было различить только по высаженным вдоль нее пальмам (когда-то Шотт называли «озером меток»). Тот, кто от­клонялся от тропы, действовал на свой страх и риск. Ле­генда гласит, что в XII веке пропал целый караван верблюдов в тысячу голов. После того как головной верблюд сошел с тропы, все они погибли.

Нефта – это не только заповедник и источник щедрых даров природы. На протяжении тысячелетия оазис слу­жит центром религиозного исламского течения – суфиз­ма. Нефту стали связывать с суфизмом (название проис­ходит от арабского слова «мистический») вскоре после того, как этот район был покорен арабами в 670 году н.э. Ибрагим ибн-Адхам, основатель этой секты, отправился в Нефту, чтобы в уединении изучать Коран и пре­даваться размышлениям над волей Аллаха. Тунисские члены секты создали во многих сельских районах сеть братств. Роль оазиса как святыни росла, Нефта привле­кала все новых верующих, и таким образом ее духовный статус укреплялся из века в век. Сегодня в старой части города Нефта находится более 100 храмов и 24 мечети, белые купола которых сияют под яркими лучами солнца пустыни.

ПОДЗЕМНЫЕ ВОДЫ

Дожди, выпадающие над отдаленными холмами, напитывают землю, и влага сочится через пористую каменистую породу. Там, где она попадает в ловуш­ку между водонепроницае­мыми пластами, давление нарастает, и вода устрем­ляется к поверхности. В таких местах бурят артезианские скважины.